Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия этой страницы: Катечка отжигает
Форумы - Мытищи.ру > Общий > Юмор, Игры и другие развлечения
Skeptik
Это вырезка из ЖЖ Катечки, по всем постам отжигает по полной, советую почитать, я ржал до слез
livejournal.com/

Почитайте один из постов, извиняюсь за ненормативную лексику, которая может проскакивать.

про гены и инфантилизЬм
Знаете, что может быть страшнее «папы на хозяйстве»? Правильно, самое страшное для хозяйства - это мы с моим мамахеном в паре. Засрем, изломаем и устряпаем любые угодья неограниченной площади, а потом рассядемся на обломках и будем плакать и жаловаться на злую судьбу.

Не смотря на то, что в Москву мы обрели со статусом не «приезжих», но «вернувшихся», жизнь наша напоминала плавание двух лягушек в кувшине с молоком. Разница лишь в том, что в одноименной присказке первая лягушка взбивала масло и выпрыгивала наружу, а в нашем случае обе лягушки дохли, только вторая премерзко пела, перед тем как опочить.

Я обустроилась достаточно быстро. - В первый же день, выйдя в магазин за шоколадкой, и вернувшись с парой телефонных номеров от новоиспеченных кавалеров, мне стало очевидно, что сладкое, кока-кола и кинотеатры с баланса снимаются навсегда.
В отличие от меня, у матушки с женским половым гормоном не поперло, и от того пришлось крутиться. До сих пор вспоминаю советы «опытных москвичей» железными граблями прошедшихся по нашим ушам.
А вот почему бы, тебе Галочка не начать шить? Вообще-то я знаю идеальный ответ на этот вопрос. Потому что авоськи нахуй никому не нужный товар. Но Галочка была и есть женщина увлекающаяся, а от того мы теперь к авоськам прикладываем диплом от «Бурды». Правда, они по прежнему нахуй никому не нужны, но все-таки…
А вот отчего бы тебе, Галочка, не заняться бухгалтерией? Кстати говоря, и на этот вопрос я тоже знаю ответы. Во-первых, потому что у нас каждый четвертый бухгалтер, а каждый третий - жена бухгалтера, а все первые и вторые, наверняка, бухгалтерские отродья. Во-вторых, стать бухгалтером в сорок с хвостиком, после 20 лет стажа в геофизике – это как если бы я решила подработать флористом: так смешно, что даже тошно. Но Галочка чрезвычайно любила доводить задуманное до конца, а от того мой курсовик по бухучету был писан вовсе не студенткой-Катечкиной, а бухгалтером черт-знает-какой квалификации. Больше диплом не пригодился нигде.
А вот может тебе обратиться на биржу труда? Как сейчас помню - возвращается, спрашивает: Кать, а чего ты думаешь, если я буду работать в собесе? Думаю, ссучишься на 10 лет раньше срока, - ответила ей я.

После собеса был обувной магазин, контора, торгующая чипсами и даже какой-то склад бытовой химии. Но, наконец, неплохая работа была найдена и трудоустройство осуществилось.
Зарабатываемых денег хватало на «пожрать», купить кой-чего из одежды, но категорически не хватало на ремонт квартиры. Хатенка нам досталась самая что ни на есть расписная: трехкомнатная хрущеба с проходной, подсобкой, лыжами на балконе, и парой бабуля-дедуля (мамины родители), к тому времени уже подававших на развод, и от того занимающих две единственных изолированных комнаты. Жили весело: дедушка бомбил Берлин, бабушка шкварила котлетки, мать работала, а я училась, попутно дегустируя палево в подъездах и опиздюляясь от всех троих одновременно.

Переломный момент настал, когда я завела себе первого приличного жениха.
- Ну что это такое, мамочка, я даже домой никого привести не могу, - плакалась родительнице я. – Это ведь так ну никогда замуж не выйдешь.
- Не переживай, отправим дедушку на дачу, - утешала меня мама.
- Да, но помимо дедушки у нас есть еще ванная и кухня… и вон лыжи на балконе торчат… это прям мещанство какое-то…
- Может чуть-чуть отремонтируем, - предложила мама, - подшаманим малость… ну так, чтобы чистенько было…

На самом деле «шаманить» самое удачное определение для того, чем мы занялись. Ремонт нужно делать тогда когда у тебя есть деньги. Причем желательно, чтобы денег было дохуя. На худой край, можно провернутся самостоятельно, но для этого помимо денег (которые все равно нужны) требуется еще и умение.
Шаманить – это когда у тебя нет ни того ни другого, и вместо серого вещества – столярный клей.

Решено было начать с ванной. На многое не размахивались: размахнулось само.
-Ты, сначала, попробуй, отмыть плитку, - сказала мне мама и всучила тряпку. – Может, когда грязь ототрешь, оно и ничего будет.
- Ага, может под грязью найдем Мону Лизу, продадим и разбогатеем, - грустно сказала ей я и отправилась в помывочную.
Первый же взмах губки решил исход дела: точно косточки домино, плитка поехала вниз, пребольно звезданув мне по ногам, и через три секунды у нас настала Помпея. Прибежав на грохот, мама помогла мне выбраться из под обломков, после чего мы одновременно чиркнули зажигалками, и заплакали. Денег на новую плитку и непьющего плиточника у нас не было, а покрасить стену возможным не представлялось: от старой плитки на поверхности остались некрасивые разводы цемента, которые никак не желали отдираться.
До кучи выяснилось, что кухонные стены (второй пункт нашего плана) может спаси только строительная гиря, но никак не три рулона обоев: лунные ландшафты бумажкой не прикроешь.

Совет в Филях продолжался 4 дня, на пятый дедушка вернулся с дачи и обложил нас трехэтажным, а на шестой мы отправились на строительный рынок за Чудом. Как это всегда бывает у неудачников, нам повезло, и Чудо было найдено. Аж в количестве двух штук.

Если вы никогда не клеили на стены пластиковую потолочную плитку 50х50, то вы не хуя не понимаете в этой жизни.
В плитке было всего две прекрасности: во-первых, сходная цена, а во-вторых, очень простой способ присобачивания.
- Берете плиточку, берете клей, давите клей на плиточку, прикладываете ее на потолок и отпускаете.
- Скажите, а на стены ее клеить можно? – поинтересовалась мама.
- Ну наверное… Отчего же нет… - туманно ответил ей торговец. – Только купите к клею пистолет.
После непродолжительного торга, мы приобрели достаточное количество плитки для покрытия стен и потолка (чего уж там мелочиться) и две упаковки клея. Пистолет не взяли по причине дороговизны и сложности конструкции.

Чудо номер 2 было найдено в рядах обоев.
- Жидкие обои – это последнее достижение человечества. Высыпьте порошок в ведро, разведите его с обычным клейстером, и полученную массу разровняйте по стене.
- О! Это как раз то, что нам нужно, - сказала мама и подняла палец вверх. – «Этими» жидкими мы как раз сровняем дыры в стенах.
- Наверное разровняем, - радостно согласилась с ней я.

Вернувшись домой, мы вторично выперли дедушку на дачу, и приступили к ванной. Довольно скоро выяснилось, что пластиковая потолочная плитка не особенно подходит для стен: во-первых, на ней остаются вмятины от любого прикосновения, во вторых, процесс приклеивания не так уж и прост, в особенности когда у тебя нет пистолета. Клей давили и по очереди, и одновременно, но, невзирая на совместный труд, синергии не вышло, и к середине первого пузырька мы затрахались окончательно. Идея отпилить у тубы дно, и выковыривать клей чайной ложечкой пришла в голову, конечно, мне. А удовольствие терзать жестяной пузырек кухонным ножом с двусторонней заточкой перепало, конечно, маме. Ближе к ужину, пузырек был вскрыт (должно быть, папе на северах икалось), и мы приступили к намазыванию. Точно огромные пластиковые галеты, плиты пачкались в клее, и лепились к стене кое-как. В последнюю очередь долепили плитку на потолок, и довольные собой сели покурить. К тому времени я не смотрела фильм «гиперкуб», а оттого не понимала, что мне теперь напоминает наша ванная. Только в отличие от «гиперкуба» стены и потолок были не совсем белыми и гладкими, а в бесчисленных следах от пальцев, так, как будто грешники рвались из ада.
- Это ничего, - сказала мне мама. – Пластик мягкий, и вполне возможно, что к утру, вмятины «вымнутся» обратно.
- Веришь, мне все равно, - ответила ей я. – Путь хоть еще глубже вминаются.
- Верю, - вздохнула мама. – Спать пошли.
Утро следующего дня встретило нас сюрпризом. Так если в ночи можно было созерцать картину «наш привет гиперкубу», то поутру появился шедевр «пиздец нашему гиперкубу». Плитка не только «вымнулась», но и большей частью отвалилась.
- Может ее прибить? - задала нехороший вопрос я. – Или вот, к примеру, есть еще супер-клей…
- Вы еще на скотч приклейте, дуры! - немедленно раздалось из дедушкиной комнаты.
«Заткнись» мы гаркнули почти одновременно.
Война с плиткой продолжалась еще неделю. Каждый вечер мы подклеивали отвалившееся, и каждое утро я оглашала список потерь. Тем не менее, день, когда ни одна плитка не упала, настал. К тому времени, ванная уже давно напоминала живодерню, но нам и правда было все равно.
- Ну что ж, теперь, можно и за кухню взяться, - предложила маман.

Люди, если вы ни разу не клеили русские жидкие обои, то вы ни хрена не понимаете в этой жизни. Представьте себе, что как будто какой-то припизднутый повар вдруг состряпал целый бак гречки-размазни. Представили? А теперь представьте, что эту гречку вам нужно размазать по максимально возможной поверхности, припечатывая ее к стене ладонью и разравнивая шпателем.
Кстати, в день приклейки я впервые узнала, что моя мама умеет ругаться матом.
- Это какой же хуило придумал? - спросила у меня она, после того как очередная партия гречки «сплыла» к плинтусу.
- Может, мы что-то в пропорциях напутали? - предположила я.
- Ну, может, что-то и напутали, только теперь не понятно, что делать.
- Давай доклеим до конца, а потом посмотрим.

Доклеили.
Посмотрели.
Чиркнули зажигалками, сели плакать.
Что любопытно, самый ужасный пейзаж вышел именно там, где гречка прилипла. Почему? Ну, потому что это так и выглядело: «гречка прилипла». Остальную поверхность, мы заклеили «самоклеющейся пленкой с рисунком под гречку» благодаря не скажу-чьей идее. Сюр получился неимоверный: гречка выпуклая, перемешенная с пятнами гречки глянцевой напоминала приемник-распределитель в дурке.
- Мама, я сюда не то, что мальчика, даже пса дворового не приведу: насмотрится – искусает.
- Да, пожалуй, - согласилась мама. – А впрочем, зря ты - живенько.
- Куда уж там…
И черт его знает почему, эта «живость» есть у нас практически во всем. Появились большие деньги, большие возможности, и жизнь стала легче, но мы совсем не изменились. Более того, иногда мне кажется что этот природный инфантилизм может быть и есть основная составляющая нашего существования. Хорошо это или плохо – не знаю, но так мы жили всегда, и всегда мне нравилось, как мы жили.

Мы и сейчас так живем.
Три дня назад звоню:
- Ма, купи грудинки, буду суп варить.
- Хорошо.
На следующий день привозит пакет с мясом, трепемся, уезжает. Открываю пакет, вижу что там грудинка размером с берцовую кость трицератопса. Вздыхаю, и начинаю искать топор. Топор у меня – гавно. Точнее не так. У меня руки говно. Точнее не так. И вовсе я не обязана уметь разделывать трицератопсов.
Через час грудинка была изнасилована во все места, но на две части разрубаться не желала. Если бы на моем месте была какая-нибудь другая мадамка, она бы, может, и разрубила, или мужа подождала на худой конец. Но на моем месте была я сама, с трепетным сердцем в груди и мамиными генами в области пятой точки. Вздохнув, я взяла самую большую кастрюлю, положила поперек нее грудинку, взяла молоток для отбивания мяса, и забила-таки трицератопса внутрь. Забила, залила холодной водички, луковку положила, конфорку на 9-ку включила и села за компьютер монстров мочить. Абыркапут случился через 15 минут, когда водица закипела. Если вы ни разу не видели как грудинка выстреливает из кастрюли, значит вы в этой жизни вообще ничего не видели: геном у вас не подходящий. А у меня геном – самое то. Поэтому пойду отмывать плиту, пол, а заодно и переоденусь: уж очень живой попался трицератопс.
Skeptik
Вот еще biggrin.gif, кто не полениться прочитать, получит огромное удовольствие и хорошее настроение.

Про колбаску
Надо сказать, в детстве не было для меня большей радости, чем старое доброе ОРЗ, сопровождающееся «температуркой» «сопельками» и «кашликом», а также недельным просером школы. Организация «кашлика» и «сопелек» трудностей не представляла: небольшая понюшка «перца кулинарного молотого» обеспечивала пациента и тем, и другим, не считая бонуса в виде весьма натуралистичных слезящихся глаз.

Местный педиятер Ольга Алексеевна Шац, сбивалась с ног, подыскивая имена моим бациллам. Жирная точка в анамнезе была поставлена только тогда, когда кашель не прошел после покупки дорогущего увлажнителя воздуха. В качестве последней инстанции, меня направили к замглаву отделения.
Должно быть, старый пердун знал толк в приправах…
Посмотрев на горло сквозь какую-то медицинскую херню, светило задумалось, после чего ткнув пальцем в мой чахоточный организм произнесло:
- Симулянтка. Нюхает перец или стиральный порошок. Советую выдрать немедленно.
Слово «выдрать» было произнесено совсем не на благородной латыни, а на кошмарном хохлятском суржике. Я нервно сглотнула.…
Излечение от недуга случилось стремительно, и даже при некоем врачебном вмешательстве. - Драли меня жгутом медицинским перевязочным, приговаривая «вот тебе увлажнитель, вот тебе перец, а вот тебе прогулы». Отведавшая оздоровительной терапии задница пылала аки Форосский маяк в безлунную ночь. Симулировать расхотелось. Временно.

Постигшие глубину моего вероломства родители, напрочь отказывались верить в болезни без температуры. Спекуляция «глазным ячменем» не принесла никаких особенных результатов, окромя трепки за рецидив. – Я облажалась на шестые сутки, сощурив вместо левого глаза правый. Запомнившие мою левостороннюю кривость родители, изумились, и сбивчивому объяснению «оно само перескочило» не поверили. Так я свела вторичное знакомство со жгутом. Но разработки продолжались.

Основное направление серча шло в сторону увеличения температуры тела выше нормальной отметки. Работа велась сразу по нескольким направлениям, как-то: «личный опыт», «знания полученные по обмену» и «манипуляции с термометром непосредственно».

С личным опытом не получилось. - Ничего, кроме как заболеть «естественным путем», в мою голову не приходило.
Целую неделю, точно долбанутый полярник, сидела я на теплотрассе без шапки и курточки, изо всех сил вдыхая морозный воздух. В результате, вместо долгой и продолжительной болезни, совершенно неожиданно обзавелась космонавтским здоровьем. – Проклятый организм настолько придрочился к температурным перепадам, что ближайшая эпидемия гриппа подкосила всех родственников, кроме меня.

Поход по больным подругам также не нанес ущерба здоровью. – Дружеский кашель и совместное распитие заразы из одной чашки оказались крайне неэффективными в хворобном деле. Отчаявшись, я даже опробовала на себе патентованный школьный десерт «йодосахарин», гарантировавший подъем температуры до 38-6 без ущерба для самочувствия. К сожалению, употребление деликатеса принесло обратные результаты, а именно: отвратительное самочувствие при не менее отвратительной температуре 36-8. Собственно, на этом с фармакопеей было покончено.
Началась физика.

Надышать на градусник не получалось. Для «настукивания» себе лишних градусов, нужно было обладать сноровкой бутырского жителя. Поэтому я сразу же приступила к нагреву.

На этом месте и начинается моя идиотская история.

Главный Разоблачитель Симулянтов Папенька пребывал в командировке. Маменька ушла на работу. На улице было темно и паскудно.
Пожалуй, пойду ко второму уроку, - решила я и включила телевизор. Через три часа стало ясно, что «я, пожалуй, не пойду и к четвертому, а может быть и вовсе, не пойду». Позевывая, я отправилась на кухню, дабы подкрепить свой организм бутербродом.
Валявшийся на столе клочок бумаги, привел меня в состояние полной кататонии.
«Увидимся на собрании, надеюсь тебя не будут ругать. Мама».
-Теперь точно покалечат, - подумала я про себя, прикидывая каков будет выхлоп от прогула во время школьного совета. Медицинский жгут висел на спинке стула и кровожадно ухмылялся.
Ситуация требовала действий немедленных и решительных. Схватив из аптечки градусник, я поднесла его к батарее. Через несколько секунд ртуть взмыла вверх, достигнув критической точки в 42 градуса по Цельсию.
- То что надо, - подумала я про себя и побежала звонить матери.

- Ты не представляешь мамочка, я даже стоять не могу и все время тошнит, как назло, - прошептала я в телефонную трубку.
- А ты температуру мерила? - грозно спросила мама.
- Мерила, - печально вздохнула я. – До 38-7 намерила, а дальше не стала. Ты же знаешь, она когда высокая, так быстро бежит, так бежит…
И вот на этом самом месте, актерский талант возобладал над разумом, потому что я издала характерный «блюющий звук» и шваркнула трубкой.
Мама перезвонила через три секунды. Этого времени ей вполне хватило для того чтобы представить себе захлебывающегося рвотными массами диятю, и даже выдумать некий диагноз.
- Наверное, отравление. Лежи на кровати, не вставай. Я немедленно выезжаю.

И хотя медицинская помощь в лице маман не сулила ничего хорошего, других вариантов у меня не было. Я разобрала кровать, присела на краешек, и принялась сбивать градусник до заявленных 38-7. Температура оставалась неизменной. Я трясла термометр, я высовывала его на улицу, я подносила его под холодную воду и совала в морозилку… Все пустое… Подлые 42 градуса пристали к шкале намертво, и «сбиваться» не желали. В кухне хохотал жгут, в воздухе пахло трепкой, жить не хотелось.

Настало время Второй Тактической ошибки. 99 тысяч детей из ста, сложили бы лапки и приготовили задницу под порку. И только один недоделанный киндер подумал, что он в состоянии разыграть болезнь на 42 градуса… Да, господа, я решила, не сдаваться до последнего и встретить маму во всеоружие.

Так, отравление – это конечно же, когда блюешь без останову, - рассуждала я. – И наверное, если у меня 42 градуса, то блевать в унитаз неприлично. Тут нужно место центральное, заметное, типа ковра в гостиной или папиного кресла… Дескать, вырвалось ненароком… Не донесла…
Следующий вопрос, стоявший на повестке дня, а именно «как организовать блевонтин, без малейших признаков тошноты» решился весьма оригинально. Выпить пару стаканов воды и засунуть два пальца в рот просто-напросто не пришло в мою голову по причине юного возраста и некоей неискушенности в вопросе. Поэтому я отправилась к холодильнику. Надо сказать, что времена были суровые и весьма нехлебосольные – в холодильнике не было ничего, кроме кастрюли с супом и самодельной сладкой колбаски. Колбаски эти делались исключительно по бедности – смешиваешь сгущенку с давленым печеньем, добавляешь какао и ставишь в морозилку. - Через пару часов получается такая коричневенькая какашкообразная дрянь, впрочем, весьма вкусная.

Так вот, господа, взяв в руки кондитерское изделие, я отправилась в гостиную и нарисовала круг им на ковре, диаметром сантиметров 50-60. Распределив последние остатки колбаски по площади предполагаемого блева, я отошла в сторону, дабы полюбоваться шедевром. Впрочем, одного взгляда на содеянное, хватило для того чтобы впасть в дикое уныние. – Распределенная по окружности колбаска менее всего напоминала рвотные массы…
- Выглядит так, как будто какая-то свинота ковер колбаской изгадила, - подумала я, и поежилась. – Ну совершенно не похоже на то, что меня стошнило. Надо бы еще чего-нибудь добавить.
Так на авансцену вышел мамин вермишелевый супец.
Колбасковый круг с вылитой на него кастрюлей вермишели был ужасающим. Позорнее всего выглядели целы куски мяса с огромным говяжьим ребром, якобы вышедшим из моего неокрепшего организма.
- Это как будто медведя вывернуло, - упаднически подумала я, и попыталась было убрать часть продуктов назад. Но в тот самый миг, когда я решила что кость – это явно лишнее, раздался предательский звон ключей.

В последний момент я ухитрилась задвинуть кастрюлю по кресло и юркнула в кровать.

…………

Поначалу все было даже ничего. Это потому что мама сразу с порога к кровати рванула.
- Как ты себя чувствуешь, малыш? – спросила она. – Дай-ка градусник.
Малыш чувствовал себя хуже отравленного медведя.
- Очень плохо, - ответила я и протянула ей термометр.
- Что-то у нас так ванилью несет, - проговорила она, поднося градусник к лампе.
- Я уже ничего и не чувствую, - прохрипела я, и зарылась поглубже в одеяло.
Изучив ртутную шкалу, мамахен хлопнулась на край кровати и как-то боязливо на меня посмотрела.
Глаза ее лихорадочно шарили по комнате, а руки отбивали такт в области сердечной мышцы.
Честно говоря, в ту секунду я почти уверовала в удачный исход болезни, и начала закатывать глаза и издавать всяческие утробные звуки. Поэтому вопрос «А ЭТО КАК ЖЕ ПОЛУЧИЛОСЬ» и указательный палец, направленный в сторону «рвотного макета» практически не напугали меня.
- Да вот стошнило немного, - прохрипела я, - Извини, до туалета не добежала.
- А почему тут суповая кость? – тихим и от того еще более ужасным голосом спросила мама.
- А это со вчерашнего не переварилось, - не моргнув глазом ответила я.
- Когда кушаешь, надо жевать, - в каком-то зачумлении произнесла мама.
…………

На кухне хохотал, заливаясь слезами радости розовый медицинский жгут. Впрочем, за долгие годы моего взросления он от смеха и лопнул. А история осталась.
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.
Форум IP.Board © 2001-2019 IPS, Inc.